Книга Хроники Дракона в Нижних Подсолнухах в продаже

Уважаемые читатели, друзья!

Благодаря Издательству «Астрель-СПб» в серии «Одобрено Рунетом» на свет появилась замечательная и красивая книга Дениса Пылева «Хроники Дракона в Нижних Подсолнухах» (финалист премии «Рукопись года — 2018»).

Ее рождению помогали: главный редактор Александр Прокопович, ведущий редактор Филипп Бастиан, художественный редактор Юлия Межова, технический редактор Валентина Беляева, компьютерная верстка Ольга Савельева, корректор Валентина Леснова, Надежда Щербакова. Огромная благодарность всем за ваш труд, за помощь в нелегком пути от текста до книги.

Купить книгу можно в магазинах АСТЛабиринт, Буквоед, Москва, Читай-Город, Озон и др.

На сайте издательства представлена аннотация:

Представляем подробный отчет о социализации среднестатистического дракона в средневековой деревне, за время которой он: 1) наломал немало дров и сжег почти все сено; 2) одолел охотников за головами, злобных гномов, коварную колдунью, несколько рыцарских отрядов и нашел-таки общий язык с хозяйским котом; 3) встретил прекрасную принцессу и истинную любовь. Выбраться из всех злоключений ему помогло не только огненное дыхание, но и настоящая мужская дружба.


Паола 2. Гл 23

  Сон без сновидений или сновидения без сна, Паола так и не поняла, в каком состоянии она оказалась. Голова просто в какой-то момент отказалась генерировать любые мысли и ни что, по-видимому, не смогло бы заставить ее это сделать. Сколько времени она провела в отключке, вампирша не знала, но ей чудилось, что волны мрака омывали ее с нежностью, которой она давно уже не испытывала. Да и было ли пробуждение, она сказать так и не смогла. Поэтому продолжала лежать с широко распахнутыми глазами, которые отказывались видеть, обрекая хозяйку на временную слепоту. 

  Одно мгновение ей казалось, что она не может шевельнуть ни рукой, ни ногой, но это чувство быстро прошло и она с трудом, но повернула голову. Какие-то звуки пытались долететь до ее слуха, но не смогли пробиться сквозь завесу мрака. Паола пробовала кричать, но быстро отказалась от этой идеи, так как не слышала саму себя. Затем звуки стали назойливей. Словно личинки фруктовой мухи, они вгрызались в преграду, разлетаясь осколками. В конце концов, вампирша попробовала подняться и только тогда поняла, насколько она слаба. Перед глазами плавали разноцветные круги, и чьи-то силуэты бестолково мельтешили, вызывая одно лишь раздражение.

  Раздосадованная своей слабостью и беззащитностью, Паола усилием воли заставила себя подняться на ноги и, на миг зажмурившись, словно пловец перед прыжком в воду, она распахнула глаза. Вампиры, очнувшиеся от жуткого сна и подчинения чуждой воле, сейчас напоминали слепых котят, у которых впервые открылись глаза. Отовсюду доносились стоны и рыдания. Мингаров видно не было, как и их мелких прихвостней, но вампирша не обольщалась на этот счет – никуда деться они не могли, а значит, их встреча просто откладывается. Тем временем «театр» почти опустел, так как вампиры, внезапно обретя свободу, ринулись прочь, стараясь поскорее убраться от нее подальше. Однако некоторые оставались рядом, внимательно вглядываясь в то, что горело мрачным пламенем на груди пришелицы из внешнего мира.

― Кто ты, сестра?! – Наконец подал голос один из старших.

― Меня зовут Паола грасс Ит’хор. Я представляю анклав клана, что остался вне вашего уютного мирка. Судя по вашей реакции, клановых бойцов среди вас не осталось?

― Совершенно верно, – ответил вампир и склонил голову в поклоне. – Просвети нас, сестра, что произошло со всеми нами? И что это за тварь, что выдавала себя за нашего Владыку?!

  Краем глаза Паола заметила, что театр вновь стал наполняться зрителями. Они с опаской подходили, желая увидеть ее, услышать, что она скажет. Тут в их глазах Паола внезапно узрела надежду. Говорящий с ней был явно из благородного рода, но не принадлежал к кланам, так что можно было предположить, что он, скорее всего, и управлял этой общиной. Но все остальное Паола решила разузнать позже, когда немного отдохнет. Она обвела почти полностью заполненный театр тяжелым взглядом. Сперва она почувствовала ненависть к сородичам за то, что пока они, словно крысы, прятались в Синкраэтале, эти вырожденцы пировали и предавались праздному ничегонеделанию в своей тайной крепости. Но затем этот пыл также внезапно пропал, когда она представила себе, как бегущие в ночи от истребления людьми, они находят какую-то дыру и забиваются в нее в надежде на спасение. Паола уже видела, что вынужденная самоизоляция сильно повлияла на них, но она собиралась это исправить. Особенно после того, как Кристалл Ночи оказался на ее шее. Она сняла с себя необычное украшение и, секунду полюбовавшись игрой темных искр в его глубине, вздела вверх.

― Вы знаете, что это?!

― Могу лишь предположить, что какой-то магический артефакт, – подал голос говоривший с ней вампир.

― Почти в точку, – осклабилась Паола. – Это Кристалл Ночи. И знаете, что это значит?!

― Нет. Не знаем! – раздались выкрики, и толпа на всякий случай подалась назад.

― Это значит, что мы восстанем снова и перестанем отсиживаться в теплых или ледяных норах! Мы вновь заявим о себе. Мы объявим всей Зидии, что наш народ вернулся и готов занять достойное место среди ее детей.

― Но мы не воины! Мы не умеем сражаться! – понеслись со всех сторон крики. Но Паола уже достаточно пришла в себя, чтобы спорить и убеждать. И делать это прямо сейчас ей совершенно не хотелось, но выбора у нее не было.

― Да! Вы не воины. И до Падения лишь кланы стояли между нашим народом и врагами империи Ночи. Но именно сейчас каждый из вас должен найти в себе силы, чтобы сражаться. За себя, за своих близких, за наше общее будущее! В моих руках то, что объединит осколки нашего народа в единое целое. Это надежда, что уже почти воплотилась! Она обильно полита нашей кровью и кровью наших врагов. Я не обещаю вам светлого завтра, нам предстоит еще долгий путь, ведь враги бесчисленны и могущественны, а союзников в этой войне у нас пока нет. Но я верю, верю в то, что не зря потратила столько лет и сил на то, чтобы отыскать и собрать нашу реликвию. Чтобы поднять как можно выше Кристалл и призвать под его сень всех выживших. Я отправлюсь назад, на Занти, чтобы столкнуться с нашими врагами и напиться их крови!

  Паола вышла под солнечный свет и вновь услышала слитный вздох за своей спиной. Закрыв глаза, она некоторое время стояла, пытаясь успокоить ту бурю эмоций, что сейчас билась в ее груди. Она стояла, стиснув зубы, то сжимая, то разжимая кулаки, пока дыхание не пришло в норму. После столь неожиданного всплеска эмоций, которые она слишком долго держала внутри, вампирша задумалась над тем, что, кажется, впервые не знала, что ей делать дальше. Сюда она шла с единственной целью – добыть Кристалл или погибнуть, пытаясь это сделать. А когда цель оказалась достигнутой, в груди появилась пропасть, наполненная дымом сомнений и ядом незнания. 

  Она вновь обвела взглядом театр, отмечая теперь как свершившийся факт то, что сбросившие после смерти исчадия-кукловода пелену наваждения вампиры смотрят на нее, будто ожидая команды к действию.

― Мне нужно побыть одной некоторое время, – чуть тише произнесла она, уставившись в стену позади «сцены». – Нужно собраться с мыслями.

― Все слышали?! – раздался голос вампира. – Отправляйтесь по домам! Госпожа, я могу быть вам полезен? – спросил он совсем тихо.

― Да. Твое имя?

― Дэррет Минурвен. Я некоторое время возглавлял наш ковен, пока не пришел Владыка.

― Об этом потом, Дэррет. Как нам покинуть ваше убежище? Возможно ли это? Или нам придется здесь сидеть, пока небо не рухнет нам на головы?!

― Путь был, госпожа…

― Давай договоримся – не называй меня все время госпожой, которой я не являюсь. Я обычный разведчик, которой посчастливилось собрать Кристалл Ночи, но мой Владыка достоин того, чтобы называться господином. Однако если мы не выберемся, все это будет не важно. И да, я тебя перебила, продолжай, пожалуйста, и начни с самого начала, Дэррет.

  Собеседник увлек ее к скамьям и, сев напротив, начал свой рассказ.

― Прежде всего, мингары и олокецазерре скрылись и прячутся где-нибудь в лабиринтах жилых районов, Паола. 

― С мингарами все ясно, обычные предатели, что за чашку супа и бокал вина предадут собственный народ, при этом еще будут торговаться. А что за недомерки крутились рядом с этой отожравшейся тварью? Один из них вырубил меня своим криком, и это было неприятно.

― Этих коротышек, как ты их назвала, мы называли кецазе.

― Что они такое?!

― Их привел… Ну, ты сама понимаешь, кто. Они были его шпионами, доносчиками и слугами в одном лице, хранителями секретов, коих у нашего Владыки было великое множество. Но в неразберихе после убийства они как-то затерялись. Мелкие проныры – первоклассные ищейки и мастера засад, так что тебе придется некоторое время смотреть в оба. 

― Это по мне, – криво усмехнулась Паола. – Но я хочу больше узнать об этом месте.

― Рассказ долгий, я бы с радостью пригласил тебя к себе, за едой это будет делать легче. День скоро пойдет на убыль, и мы сможем выйти из наших убежищ. Тогда ты и обратишься ко всему нашему ковену. 

― Я бы с удовольствием, Дэррет, но как ты собираешься предстать перед солнцем?!

― Очень просто, – старый вампир усмехнулся. – У нас тоже есть свои секреты.

  За следующие пару часов Паола узнала много из истории одного из осколков своего народа. В частности, отсутствие особых способностей клановых бойцов вынудило их развить в себе навыки манипулирования смертными. В итоге город населили люди, находящиеся под сильнейшим внушением. Сбросить с себя эту «упряжь» они не могли. Им внушалось, что их такими родили, чтобы прислуживать и делиться кровью со своими господами. В результате вампиры Стимфалора получили аналог спутников. Иногда, правда, случались инциденты, если память к людям внезапно возвращалась. Обычно это происходило по причине сильнейшего стресса от потери близкого или от сильнейшей боли, например, при ранении. А передвигались вампиры по небольшим узким переходам, вырытым под площадью древнего города. Поэтому первое впечатление от увиденного напомнило вампирше улей диких лесных пчел.

  ― Стимфалор?! Это что-то из наших древних мифов, слишком правдивых, чтобы быть выдумкой! – воскликнула Паола, от восхищения тряся головой.

   Дэррет кивнул:

― Совершеннейшая правда! Так звалась одна древняя страна, которую постигло проклятие, вылившееся в налеты демонических птиц, победить которых не мог ни один герой. И вскоре их земля обратилась в вечно голодную пустыню, над которой с криками носились эти жуткие создания. 

― Выживших почти не осталось, – подхватила рассказ вампирша, – пока однажды сюда не забрел сам Януат, будущий глава клана.

  Дэррет кивнул, признавая правоту собеседницы:

― Совершенно верно! Януат перебил мерзких тварей, за что получил в дар некую вещицу, которая легла в основу нашего государства.

― То есть вы хотите сказать, что наш первый король получил в дар от жителей Стимфалора Кристалл Ночи?!

― Увы, судьба была безжалостна к нашим древним рукописям. До нас дошли жалкие крохи былых знаний, а Падение все только усугубило. 

  Здесь вампирша впервые посмотрела на собеседника с недоверием:

― Об этом месте никто из нас не знал. Как вы нашли его?! И постарайся говорить убедительней, Дэррет Минурвен.

  На краткий миг Паола отвела взгляд от своего собеседника и бегло осмотрела его домашнюю обстановку. В жилище бывшего главы ковена было скромно, несколько комнат, одна из которых была отведена под кабинет и почти под потолок завалена книгами, свитками и прочими рукописями. Еще в одной жили смертные слуги Минурвена. Остальные были убраны, словно для скорого приема гостей. 

― Странная предусмотрительность для того, кто не ждет гостей среди тех, кто в гости не ходит, – хмыкнула вампирша, осматривая жилище.

― Всего лишь дань старым привычкам, что въелись сильнее, чем мы сами готовы признать.

― Не поспоришь, – хмыкнула Паола.

  На некоторое время наступила тишина, которую прервали люди, накрывавшие на стол. Они переговаривались на языке, которого вампирша не знала и с неподдельным интересом разглядывали свою гостью. Были они смуглолицы и черноглазы. Длинные волосы женщины укладывали в замысловатые прически, украшенные бусинами и блестками. Одевались они достаточно просто: мужчины носили широкие рубахи и короткие штаны из хлопка, женщины же надевали расшитые безрукавки и длинные юбки в пол, что также украшались всевозможным орнаментом.

― Спутники? – спросила она у хозяина.

― Да. Все они. Я могу одолжить вам кого-нибудь из них, госпожа.

― Пока нет необходимости, но я благодарна за предложение. Расскажи лучше про тот путь, что вел отсюда во внешний мир, Дэррет.

― Это просто, гос… Паола. Первые из нас, пришедших в Стимфалор, не приплыли или пришли, а переместились через портал. Но затем, лет через триста, он вдруг стал сбоить, а затем и вовсе погас. Наши лучшие умы (из тех, что остались) пытались восстановить его, но так ничего и не добились. А затем случилось так, что в том крыле поселилось зло и некоторые из нас, что пытались справиться с ним, остались там навсегда.

― А потом, дай я угадаю, пришел лже-Владыка?! И к порталу больше никто не подходил.

― Так и было, – Дэррет смотрел на нее широко раскрытыми глазами. – Он сказал, что внешний мир для нас потерян, а портал небезопасен.

― Когда это произошло?

― Лет через пятьдесят после последнего погибшего.

  Паола задумалась. Все, что происходило в этом месте, напоминало какую-то головоломку, которая даже отдаленно не собиралась поддаваться логике. Когда их пригласили к столу, она все также задумчиво насыщалась, отвечая на вопросы хозяина, но мысленно была далеко отсюда. Тело, не полностью отошедшее от побоев, доставляло значительный дискомфорт и ей хотелось скорее отдохнуть, но говорить об этом прямо она не хотела. В конце концов, Дэррет заметил ее состояние и предложил отправиться в приготовленную для нее ванную комнату. К своему стыду, Паола едва не выпрыгнула из-за стола, едва он произнес слово «ванна». 

  В небольшой комнате она попросила потушить почти все свечи и, выпроводив слуг, осталась одна. Сбросив обрывки изношенной одежды, что верой и правдой прослужила хозяйке отведенный ей срок, она шагнула в высокую жестяную ванну. Теплая вода обволакивала не только ее тело, но и, казалось, разум, смывая напряжение последних дней. Погрузившись почти с головой в ароматную от большого количества цветов воду, Паола закрыла глаза и незамедлительно уснула. Проснулась она лишь от того, что ее несли на руках, закутанную в белоснежные покрывала.

― Это я, госпожа! – поспешно произнес Дэррет, заметив, как пальцы его гостьи начало окутывать фиолетовое пламя. – Вы уснули прямо в ванной, хорошо, что Мурция меня позвала.

  Сил ответить у нее не осталось, и Паола вновь уснула, погрузившись в царство Морфея. Она не видела, как Дэррет сидел у ее комнаты, охраняя покой своей гостьи. Не слышала, как переговариваются люди, обсуждая произошедшее с их господами. Ей снилось море. Тихое, спокойное море. Она даже во сне не могла понять, почему ей привиделось море, но чувствовала, что это важно.

  Паолу разбудил приглушенный разговор прямо за дверью комнаты, в которую Дэррет уложил ее отдыхать. По наглухо закрытым ставням на окнах она поняла, что проспала всю ночь, а за это время многое могло случиться. Поискав взглядом одежду и обнаружив лишь висящее на вешалке платье с открытыми плечами, Паола вспомнила, что совершенно не одета, но и эта неловкость была исправлена довольно быстро. В свете оплывших свечей она обнаружила нижнее белье и юбку. Отвыкшая от необходимости натягивать платье самостоятельно, вампирша, кряхтя и ругаясь под нос, затянула все завязки и с облегчением выдохнула. Но, видимо, ее возня и ругательства были услышаны, так как почти сразу в дверь тихонько постучали.

― Войдите! – Так же негромко буркнула Паола, придирчиво разглядывая себя в отсутствие зеркал. В комнату немедленно вошел Дэррет:

― Госпожа!

  Следом за ним следовала служанка с корзинкой, в которой вампирша успела заметить щипцы для завивки и прочие женские штучки. Девушка с неподдельным интересом разглядывала гостью, совершенно забыв о приличиях. Паола вперила в нее тяжелый взгляд и та, густо покраснев, опустила глаза. От хозяина дома не укрылась эта немая сцена и он, усмехнувшись, подтолкнул человека к вампирше:

― Ниира никогда не видела выходцев из внешнего мира, госпожа. Прошу не сердиться на нее за это. 

― И не думала, – усмехнулась Паола. – А вы перестаньте величать меня госпожой. Мы ведь уже, кажется, договорились, не так ли?!

― Да, но старые привычки очень сложно преодолеть, особенно если приходится от них отказываться столь радикальными методами.

  Дальнейший разговор свелся к обсуждению текущего положения вещей.

― Вы уверены, что за всем этим стоят сид’дхи?! – выразил свое сомнение Дэррет.

― Без единого сомнения, как мне казалось первоначально. Однако за время своих изысканий я пришла к выводу, что глупцами манипулировали. И эти манипуляции продолжаются до сих пор. Кстати, ваш «Владыка» – еще одно подтверждение моих умозаключений.

― А что с людьми?

― А что с ними?! – Паола усмехнулась. – Сейчас мерзкие твари додавят Айринскую империю, потом примутся за четвероногих и галлов. И так будет продолжаться, пока не останутся одни только исчадия. И посреди всего этого, мой друг, боюсь, нас раздавят и не заметят, а я не для того пряталась по пещерам и темным углам почти шесть сотен лет, чтобы какая-то тварь с той стороны питалась моим мясом. С Кристаллом Ночи мы сможем объединиться, поднять свои флаги и бросить вызов любому, кто оспорит наше право на существование. Магия Кристалла укроет нас от солнца, и мы начнем сначала. Но сперва нужно сокрушить сид’дхов и их противоестественный союз с тварями Бездны.

― Но и так ясно, что наших сил для этого недостаточно, – Дэррет выглядел обеспокоенным. – Даже если мы все возьмем в руки оружие, это будет выглядеть как последний акт отчаяния! А мы уже так привыкли прятаться, что другого пути даже не представляем.

  Паола задумалась, словно взвешивая каждое слово, которое собиралась сказать своему собеседнику. Она отстраненно касалась граней Кристалла, словно черпала в нем силы и мудрость:

― И, тем не менее, Дэррет. Вы сейчас также уязвимы, как и люди в своих городах, уповающие, что стены и имперские полки их защитят. Если здесь побывала одна тварь, значит, они все знают сюда дорогу. И только вопрос времени, когда к вам заявится их делегация. Только, увы, не с предложением дружбы, мира или торговли. Поверь, я знаю, что говорю. Поэтому столь важно пробиться к порталу и проверить, так ли он бесполезен, как говорил ваш мнимый вождь.

  Дэррет выглядел сбитым с толку, как человек, которому сказали, что воздух, которым он дышал с детства – ядовит. Ему потребовалось некоторое время, чтобы осмыслить услышанное и сделать видимое глазу усилие, чтобы согласно кивнуть.

― Я обещаю поговорить со своим народом, но только после того, как мы проверим портал.

― О большем я не могу и мечтать, – совершенно искренне отозвалась вампирша. – Но мне хотелось бы получить одежду, более подходящую для сражения, чем эта. Если никто не против, конечно.

  Спустя некоторое время ей доставили брюки, рубашку мужского кроя и высокие сапоги из мягкой кожи. Паола тут же сменила гардероб, спрятав на груди доставшийся такой ценой Кристалл и посмотрела на Дэррета. То, что одежда сидела на ней мешковато, ее совершенно не беспокоило.

― Оружие?! – спросил вампир.

― Не хотелось бы отправляться в бой с голыми руками, – улыбнулась она своей шутке. 

― Я подозревал, что вы начнете свои расспросы именно с этого вопроса, – слегка наклонил голову хозяин дома. – И поэтому позаботился о том, чтобы найти ваше оружие. Я слышал, что кланы слишком привязаны к своим личным вещам, чтобы оставить их в качестве трофея кому бы то ни было.

  Дэррет протянул ей тьягу, и вампирша против воли едва сдержала крик радости от, казалось бы, навсегда утерянного оружия. Она с нежностью погладила старые потертые ножны и наполовину вытащила клинок, полюбовалась бликами солнца на нем и убрала обратно.

― Теперь я готова, мастер Дэррет.

  Дорога не заняла много времени. Двигаясь по подземным проходам, они достаточно удалились от центра города. Вначале им встречалось достаточно много жителей – как вампиров, так и простых людей, видимо, уже привыкших двигаться подобно своим господам. На них смотрели, иногда останавливались, чтобы переброситься парой слов с Дэрретом, на Паолу таращились так, словно у нее две головы. Она спокойно воспринимала такое отношение, сосредоточившись на предстоящем действии. Она всю дорогу раздумывала над тем, что могло скрываться под пологом тьмы, не подпуская к порталу. Но, отбросив эти мысли как непродуктивные, она решила дождаться, когда сама сможет составить собственное мнение.

  Оставался еще один незавершенный вопрос с мингарами. Она с радостью бы передала привет Харджу и Хноллгу, этой некогда неразлучной троице, правда, несколько поредевшей, что сейчас наверняка скрывается где-то в тенях. Мысль о том, что Хоггла она все-таки проучила своими Когтями, вызвала улыбку, но остро чувствовалось, что встреча с ними произойдет в ближайшее время и внутренне подобралась. Наконец, Дэррет закончил разговор и продолжил путь.

― Народ встревожен, те, кто пропустил все действо, хотят встретиться с тобой завтра днем в театре.

― С тем, чтобы вновь попытаться меня освежевать?!

― Почему сразу «освежевать»?! Некоторые просто хотят убедиться, увидев собственными глазами, что их так кропотливо выстроенный мир собирается в очередной раз рухнуть. А заодно и послушать новости из мира, в существование которого мы уже перестали верить. Твое появление произвело настоящий переполох. Особенно после того, как ты разделалась с нашим «Владыкой», – при этом слове Дэррета передернуло. – Я думаю, нам нужно будет устроить собрание. Если все пойдет хорошо, и мы вернемся из этого места.

― Мы вернемся! – припечатала Паола.

  Часть пути они проделали в полном молчании, размышляя каждый о своем. Когда тоннель начал сужаться, и освещение стало встречаться все реже, вампирша поняла, что ее спутник сильно напряжен. Паола положила руку ему на плечо, и он явственно вздрогнул. Что могло держать в напряжении вампира? Задай подобный вопрос ей лет тысячу назад, она бы просто посмеялась, посчитав говорящего сумасшедшим. Но сейчас, после всего того, что ей пришлось пережить и свидетелем чему она была, вампирша не стала бы принимать поспешных решений. Если такой как Дэррет боится, значит, на это есть веская причина. Ее же задача состоит в том, чтобы определить степень угрозы и по возможности ликвидировать ее. Несмотря на перенесенные побои, чувствовала себя она хорошо и быстро восстанавливалась, так что возможный бой ее не пугал.

  Все чаще на стенах тоннеля стала появляться плесень, и все явственней были видны следы запустения. В конце концов, они уперлись в толстую решетку, перекрывавшую переход и некоторое время Дэррет был занят тем, что ковырялся в замочной скважине огромным ключом, пытаясь открыть внушительный навесной замок. По спине Паолы пробежал холодок предвкушения, и она почувствовала, как наружу просятся Когти. Опасность этого места ощущалась буквально физически. Вампирша втянула ноздрями сырой воздух и где-то на грани осязания учуяла знакомый до омерзения запах миндаля. Вернее, даже не запах, а след от него. Но он был, а значит, и эти твари бродят где-то поблизости.

― Дэррет, как ты там назвал этих низкорослых мерзостей?!

― Олокецазерре, Паола. А что?!

― Сдается мне, они где-то рядом.

― Невозможно, ты же видела, что решетка была заперта!

― Это ни о чем не говорит. Мингары исчезли вместе с ними?

― Да.

― А они могли получить доступ сюда от своего хозяина?!

― Безусловно! – Голос ее спутника понизился практически до шепота. – Наверное, они уже ушли.

― Если смогли запустить портал. Но ты говорил, что тьма убивала всех, кто туда совался без разбору?

― Ну да, было такое. Но я не понимаю…

― Позволь мне предположить, что тех несчастных убивала не какая-то агрессивная сущность, а твои собственные сородичи, возглавляемые этой жирной тварью.

  На Дэррета больно было смотреть, такая мука исказила лицо вампира. Паола сообразила, что, скорее всего, он потерял кого-то близкого, и эта рана до сих пор кровоточит. Она положила руку ему на плечо, отвлекая от переживаний прошлого:

― Это всего лишь мое предположение, Дэррет. Но нам необходимо держаться настороже, иначе можем попасть в ту же ловушку, что и я, когда впервые попала в ваше «гостеприимное» место. Помнишь, я говорила о мерзкой маленькой твари, что вырубила меня криком? Если такое повторится, нас просто прирежут без зазрения совести. А я хочу еще пожить.

― Хорошо. Спасибо, что поддерживаешь меня.

― Не за что. А теперь помолчим.

  В наступившей тишине Паола почувствовала, как нагрелся Кристалл, приятное тепло растеклось по ее груди. Но все это она отмечала механически, вся обратившись в слух. Что-то подсказывало ей, что за ними наблюдают, внимательно следя за каждым шагом, едва они пересекли некую невидимую черту после того, как решетка вновь оказалась заперта. Она не могла понять, кто это и каковы его намерения, так что решила априори считать невидимку враждебно настроенным.

  Тем временем коридор стал расширяться и вскоре разделился на два пути. Дэррет, однако, уверенно повел ее в левое ответвление. Вскоре она поняла, что коридор уходит вниз, о чем она и сказала своему спутнику.

― Так и есть. Коридор приведет нас в большой зал, в котором раньше и располагался портал. Но через полсотни шагов дорогу перекроет тьма…

  Договаривать вампир не стал, да и так было понятно: либо они решат эту загадку, либо загадка не оставит от них даже тел, как это и было со всеми предыдущими попытками прорваться к порталу. Паола перестала сдерживать свои инстинкты и призвала Когти, осветившие коридор.

― Отсюда я пойду первой. Держись за мной и не лезь вперед, если что.

  Осветителей здесь не было уже давно, и обычные факелы отсутствовали, так что дальше их ждала одна тьма, прозреть которую могло ночное зрение, но и его хватало всего лишь на несколько шагов вперед.

― Так здесь и было? – шепотом спросила вампирша.

― Нет, – так же шепотом ответил Дэррет. – В прошлый раз мрак был непроницаемым даже для моего зрения. Сейчас здесь что-то изменилось. 

― Позволю себе предположить, что все изменения связаны с преждевременной кончиной вашего жирного полководца, – не удержалась от шпильки Паола. Вампир фыркнул, и некоторое время они двигались в полной тишине. Она заметила, что коридор стал постепенно расширяться, уже хотела сказать об этом Дэррету, но в этот момент на них напали. Только что вокруг была почти кромешная мгла, и вот уже она наполнена рычанием и блеском стали. Мингары идеально подгадали место для засады, и лишь внутренняя готовность к нападению пришедших не дала им воплотить задуманное за считанные секунды. 

  Паола достаточно насмотрелась на всю троицу, чтобы не спутать их ни с кем иным, но сейчас на них напали бездушные оболочки, лишь отдаленно напоминающие вампиров. На Паолу налетел Хноллг, но от того франтоватого молодца осталась лишь былая тень. Сейчас на нее набросился монстр, все лицо которого было скрыто под шевелящимся ковром щупалец, а на месте глаз неестественным огнем горели два огненно-красных огонька. Плоть на теле кое-где разошлась и оттуда на вампиров смотрела, казалось, сама Бездна, столь мерзостным было это свечение. Независимо от этих изменений, двигались бывшие мингары столь же стремительно.

  есмотря на все усилия, Дэррета почти сразу же оттеснили назад в коридор, а на Паолу навалились Хардж и кто-то еще, так же измененные неведомым колдовством. Говорить бывшие вампиры уже не могли и только что-то влажно булькали. Мечи в их руках тоже подверглись изменениям и напоминали больше кости каких-то доисторических существ, чем изделия кузнецов, что не делало их менее опасными. Вампирше приходилось прикрывать своего гостеприимного хозяина, в противном случае его бы разорвали уже в первые мгновения боя. Но так долго продолжаться не могло и Паола, оттолкнув от себя брызжущего слюной Хноллга, крикнула Дэррету, чтобы он убирался и ждал ее у входа. Тот хотел было возразить, но вампирша издала такой рык ярости, что Дэррет предпочел ретироваться, чем вступать в дальнейшую полемику. Как только он скрылся во мгле, Паола оскалилась, наконец-то она могла себя больше не сдерживать.

  Когти приняли на себя удар измененного меча и тут же начисто отсекли руку, как оказалось, она принадлежала Харджу. Бывший сородич что-то пробулькал и продолжил лезть вперед, не испытывая никакого дискомфорта от того, что лишился конечности. Стало ясно, что перед ней уже не вампиры, а исчадия, но вот когда они стали ими, до или после убийства, оставалось пока загадкой. Паола отложила ее решение на более спокойное время и ворвалась в ряды противостоящих ей вихрем, отсекающим конечности и части тел, и спустя всего несколько секунд все было закончено.

― Мерзкие ублюдки! – плюнула она на растерзанные тела. В тот же миг темнота стала понемногу рассеиваться. Вампирша напряглась и, пригнувшись, выставила перед собой Когти. Ей открылось большое круглое помещение с низким потолком и некогда искусно украшенными стенами. В центре была выложена мозаика, изображавшая Зидию. В голове Паолы сразу же всплыла картина подземного храма инуи-гара. 

― Как интересно! – пробормотала вампирша. – Еще один оккулюс мунди. 

  Правда, при этом она вспомнила и свои ощущения от перехода по порталу в султанатскую пустыню, и ее передернуло. 

― Саргор, – пробормотала она, – если ты меня слышишь, помоги. Оживи этот портал, поделись с ним своей божественной силой, иначе все это окажется бессмысленным.

«Никакие действия, направленные на достижение поставленной цели, не бывают напрасными, вампирша! – раздалось в ее голове. – Тебе ли этого не знать. Портал исправен, но его что-то блокирует с твоей стороны. Избавься от помехи и оккулюс вновь заработает. Но поспеши, до меня доходят тревожные слухи с Занти. Человечество скоро может пасть, и тогда чаша весов склонится в сторону твоих врагов. Времени осталось прискорбно мало».

  Блокирует с этой стороны… Паола стала оглядывать помещение в поисках малейшей зацепки, но на первый взгляд в этом месте нечего было прятать. Да и негде. Кроме мозаики и ее самой в зале никого не наблюдалось. На стенах некогда были установлены светильники, но со временем они пришли в негодность. Мрак к тому времени почти рассеялся, и постепенно перед вампиршей стали проявляться дальние участки помещения. И чем больше они открывались, тем больше приходила в изумление Паола. На противоположной стене появились горящие мерцающей гнилью буквы, в которых она без труда заметила письмена сид’дхов. Большую часть стены занимало нечто вроде алтаря, выполненного в виде головы какой-то омерзительной твари, а возле него сновали пропавшие олокецазерре, в количестве пяти штук. Все они как по команде обернулись и, заметив ее, зашипели, словно змеиное кубло. Один из мелких чудовищ открыл было пасть, но вампирша была начеку, и едва из глотки донеслись первые звуки, метнулась в сторону, сразу кинувшись одним длинным прыжком к растерявшемуся недоростку. Уже в воздухе она достала тьягу и что было силы метнула ее в грудь крикуну.

  Мелькнувшая упавшей звездой сабля вонзилась под ключицу и олокецазерре опрокинулся, захлебнувшись криком и кровью. Остальные стали разбегаться в стороны и, оборачиваясь назад, издавали свой жуткий крик. Паола сумела избежать одной звуковой волны, но попала под удар другой и отлетела в сторону, больно приложившись о стену. Она еще не отошла от пребывания в плену мингаров, и новые травмы лишь усугубляли общее состояние. Вампирша почувствовала, что силы убывают с пугающей скоростью, и если она ничего не придумает в ближайшие несколько секунд, то не выйдет отсюда уже никогда.

  Оставаться на одном месте – значило превратить себя в мишень, следовало все время двигаться. Она еще успела пожалеть, что вовремя не вспомнила про марипозарии и не взяла их с собой. Сейчас они бы ей пригодились. Вильнув в сторону, она разминулась с еще одной волной сокрушающего звука, но подобраться к этим выкормышам Бездны у нее никак не получалось. Ее снова сбило с ног, правда, в этот раз она просто проехалась по плитам пола, не достигнув стены. Вскочив на ноги, она бросилась из стороны в сторону, разрывая дистанцию с одним и сближаясь с другим уродцем, что уже растягивал рот в невообразимом оскале. За его спиной из глаз барельефа повалил густой темно-зеленый дым. Опускаясь, он стелился по полу, расходясь широким фронтом по всей зале. С ужасом Паола заметила, что в тумане начинает шевелиться нечто, обретающее форму.

― Темные Боги! – раздался крик Дэррета, который, не выдержав, вернулся за Паолой. Твари немедленно отреагировали на его появление дружным криком, но тем самым дали вампирше возможность скорректировать свои действия. Едва приблизившийся к ней олокецазерре откричался, Паола, не теряя времени, бросилась на него и, смяв своим весом, нашинковала Когтями тщедушное тело. Вскочив на ноги, она прямиком бросилась к следующему, но это была только лишь уловка, через два шага она кувырком оказалась у своей первой жертвы с торчащей из тела тьягой. Выдернув верный клинок, она длинным прыжком очутилась у «алтаря» и со всей силы вонзила клинок в один из полыхающих колдовской зеленью глаз. Вопреки ее ожиданиям тьяга не вонзилась в камень, а вошла во что-то, действительно напоминающее живое создание. По залу пронесся сумасшедший порыв ветра, сопровождаемый жутким воем, от которого у нее из носа пошла кровь. Олокоцезарре при виде святотатства завопили и забились в судорогах. Сбитая и оглушенная, Паола тем не менее доковыляла до оставшихся недомерков и перерезала им глотки.

  Жуткая голова изрыгала зеленый туман, но уже не так активно. Собрав последние силы, вампирша дошла до колдовского барельефа исчадий или сид’дхов и пронзила оставшийся глаз. Вот тут-то тьяга и сломалась, впервые за сотни лет подведя свою хозяйку. Но, издав последний крик, каменная голова затихла и источник зеленого тумана, как и зародившаяся в нем тварь, исчезли. Обессиленная, Паола опустилась прямо на камни, глядя, как пытается подняться на ноги сбитый криком Дэррет.

«Ты справилась, вампирша, ты справилась! Путь свободен! – раздался в ее голове радостный крик Саргор. – Отныне еще один оккулюс мунди заработал. Ты оказала мне еще одну услугу, а это дорогого стоит!»

― Только не сейчас! – прошептала, едва шевеля языком, Паола. – Не сейчас!